Россияне тратят на медицину вдвое больше, чем жители развитых стран

Повысить продолжительность жизни без увеличения госрасходов на здравоохранение другим странам не удавалось.

Президент Владимир Путин призвал в своем Послании увеличить ожидаемую продолжительность жизни россиян до 78 лет. Однако ученые-экономисты выяснили, что повышение продолжительности жизни (ПЖ) в других странах стало возможным только благодаря существенному увеличению общественных расходов на здравоохранение в процентах к ВВП. Зависимость очень простая, растут расходы на медицину в процентах ВВП — растет и ПЖ. Однако в Кремле и в правительстве не торопятся увеличивать госрасходы на здравоохранение выше 3–4% ВВП (что вдвое ниже, чем в развитых странах). Отличается Россия и еще одним показателем: доля частных расходов на здравоохранение у нас вдвое выше, чем во многих развитых странах.

Президент России Владимир Путин в Послании Федеральному собранию призвал добиться того, чтобы к 2030 году средняя продолжительность жизни в стране достигла 78 лет. «Мы столкнулись с эпидемией в то время, кода совпали и наложились друг на друга последствия демографических ударов 40-х и 90-х годов прошлого века. Мы понимаем, что сегодня ситуация в сфере демографии чрезвычайная», — заявил президент. «Наша стратегия в том, чтобы вновь выйти на устойчивый рост численности населения, добиться, чтобы в 2030 году средняя продолжительность жизни в России составила 78 лет», — объяснил Путин.

Но в этом году ожидаемая продолжительность жизни в РФ, по расчетам, может снизиться ниже 70 лет.

Ученые из Института народнохозяйственного прогнозирования Российской академии наук (ИНП РАН) выяснили, как развитым странам удалось повысить продолжительности жизни своего населения. Оказывается, это было сделано за счет увеличения доли общественных (государственных) расходов на здравоохранение по отношению к ВВП страны.

Завлабораторией ИНП РАН Владимир Иванов и старший научный сотрудник Анатолий Суворов отмечают, что в России в первой половине 1990-х произошло двукратное падение финансирования здравоохранения, однако во второй половине нулевых годов при относительно высоких темпах роста общественных расходов (среднегодовой прирост составлял 2,8%) улучшилось состояние материально-технической базы здравоохранения. Вместе с тем только в 2010 году удалось вернуться к уровню финансирования, который был в 1991 году. И показатель средней продолжительности жизни в 2010 -м (68,9 года) стал точно таким же, как в 1991-м. В 2010-е годы впервые в российской истории средняя продолжительность жизни превысила порог в 70 лет и до последнего времени продолжала расти, достигнув в 2019 году 73,3 года.

Однако, несмотря на тенденцию роста средней продолжительности жизни населения, Россия и сейчас в рейтинге ВОЗ по этому показателю занимает место лишь во второй сотне стран мира. Отставание России от этих стран по средней продолжительности жизни за последние три десятилетия не только не сократилось, но и увеличилось. В соседних северных странах, например Финляндии, средняя продолжительность жизни в 2019 году составляла 81 года, в Норвегии — 82,6. В далекой Канаде, сырьевая структура экономики которой в чем-то схожа с российской, — 82,2 года.

Масштабы отставания России от большинства развитых стран особенно велики, если посмотреть общественные расходы на здравоохранение в расчете на душу населения в сопоставимых ценах по паритету покупательной способности (ППС). По величине душевого финансирования Россия отстает от средней по странам Организации экономического сотрудничества и развития (ОЭСР) почти в три раза, а от таких стран, как Австрия, Германия, Канада, Норвегия, Франция, Япония, в 3,5–5 раз.

При расходах в 3,2 % к ВВП расходы на душу населения в России в 2018 году составляли 1030 долл. по ППС, в Финляндии расходы были более чем вдвое больше — 7%, а на душу тратили 3,2 тыс. долл. В Канаде соответственно 7,8% и 3,6 тыс., в Норвегии — 8,7% при 5,2 тыс.

В РФ при этом, отмечают ученые, вектор развития был прямо противоположен наблюдавшемуся в большинстве развитых зарубежных стран. Если совершенствование систем здравоохранения в этих странах шло по пути усиления роли государства, перехода от частного финансирования к общественному, то в России, наоборот, доля общественных затрат на медицину упала с 84 в 1995 году до 61% в 2018-м. Соответственно частные выросли за этот период с 16 до 39%. Для сравнения, доля частного финансирования в общих расходах на здравоохранение составляет 23% в Бельгии и Франции, 22% — в Германии, 21% — в Великобритании, 16% — в Японии, 15% — в Норвегии.

Следствием произошедшей коммерциализации российского здравоохранения стал рост неравенства в доступности для населения медицинской помощи из-за отсутствия средств на платную медицину у большинства населения, особенно у наиболее бедных его слоев, отмечают в ИНП РАН. По данным Росстата, в 2018 году на долю 20% наиболее обеспеченных граждан приходилось 70% платных медицинских услуг, а на долю 20% наименее обеспеченных — менее 1,5%, или почти в 50 раз меньше. По данным выборочных исследований, из-за нехватки денежных средств каждый седьмой житель страны и каждый пятый пенсионер не могли приобрести необходимые для лечения медикаменты.

Снижение доли расходов на здравоохранение по отношению к объему ВВП в бюджете РФ на 2022–2024 годы вызывает тревогу, отмечалось в отзыве на проект федерального бюджета НИУ «Высшая школа экономики». Эксперты отмечали, что их доля в общем объеме расходов последовательно сокращается: в 2021 году она составит 5,8%, в 2022 году — 5,3%, в 2023 и 2024 годах — 4,9%. По отношению к объему ВВП доля расходов федерального бюджета на здравоохранение уменьшится с 1 в 2021-м до 0,9% в 2022 и 2023 годах и до 0,8% в 2024 году.

В середине октября председатель думского бюджетного комитета Андрей Макаров рассказывал, что в 2017 году на здравоохранение было потрачено 2,8 трлн руб., в 2018 году — 3,3 трлн, в 2019-м — 3,8 трлн, в 2020 году — 4,4 трлн. По его оценке, в 2021 году (на начало сентября) было истрачено 5 трлн руб. В проекте бюджета на 2022-й, по его словам, на эти цели заложено около 5,2 трлн. «Расходы на здравоохранение в 2021 году по сравнению с 2017 годом выросли на 78%», — отметил он.

В августе президент Владимир Путин поручал предусмотреть в Едином плане по достижению национальных целей развития до 2024 года среднюю продолжительность жизни россиян в 75 лет к 2025 году.

Рост ПЖ при сокращении доли расходов на здравоохранение к ВВП теоретически возможен, но маловероятен, считает сопредседатель Всероссийского союза пациентов Ян Власов. «Во времена Советского Союза здравоохранение оплачивалось по остаточному принципу, больших вложений не было, скорее вкладывались в науку. При этом уровень здравоохранения был на достаточно высоком уровне. Поэтому говорить, что все зависит от количества денег, нельзя. В большей степени имеет значение их грамотное распределение. Главным покупателем медуслуг остается государство. Если говорить о частных вложениях, то единственное место, где частная медицина действительно хорошо развита, это только Москва. В столице число государственных учреждений сравнялось с числом частных и уровень последних высокий. Но ценник по ОМС в 10 раз выше, а количество оказанных услуг на порядок ниже».

У нас отсутствует эффективная концепция развития здравоохранения, считает Ян Власов. «Многие вещи находятся на ручном управлении, многое зависит от политических решений. Вот потребовалось 600 млрд руб. на ковид — их выделили. Проблема в том, что неизвестно, сколько денег еще потребуется. Сохраняются сложные отношения с Минфином — слишком слабые обоснования того, почему нужно увеличить бюджет. Реальные потребности в финансировании часто не просчитаны», — говорит он.

«Богатые страны больше тратят на здравоохранение в процентах к ВВП», — подтвердил «НГ» профессор кафедры управления и экономики здравоохранения Высшей школы экономики Василий Власов. «РФ фактически позиционирует себя как бедная Уганда, доля расходов которой на здравоохранение также низка. Рост продолжительности жизни в нашей стране в нулевые годы объясняется не ростом доли расходов государства на здравоохранение, а общим ростом доходов граждан и расходов на социальные нужды и здравоохранение в рублях, а не в процентах к ВВП. Ожидаемая продолжительность жизни росла по инерции вплоть до 2019, несмотря на то что доходы населения падали последние пять лет», — говорит он.

Для экономически развитых стран, к которым можно отнести Россию, не характерна такая высокая доля личных расходов граждан на медицину, отмечает Власов. «У нас граждане хотят лечиться, но государство, которому жалко денег, не в полной мере отвечает этому запросу, вот и приходится гражданам самим раскошеливаться», — поясняет эксперт.

«Надеяться на то, что динамика продолжительности жизни начнет расти без увеличения бюджета на здравоохранение не приходится, тем более, что далеко не у всех есть средства на то, чтобы пользоваться услугами частной медицины, сказала «НГ» научный руководитель сети клиник иммунореабилитации и превентивной медицины Grand Clinic Ольга Шуппо.

«В отечественном здравоохранении уровень оказания медицинской помощи очень разный. В хирургии традиционно высокий, а вот в первичном поликлиническом звене довольно средний, тем более, что касается взаимодействия с пациентом. Граждане, хоть раз столкнувшиеся с сервисом в поликлиниках, пытаются в дальнейшем изыскивать средства на частную медицину. И в целом у нас в стране так повелось, что граждане привыкли полагаться все-таки на себя. Частная медицина — это не только сервис, но и чаще всего — доступность услуг, более свежие знания и современное оборудование», — говорит эксперт.

Источник

Кнопка «Наверх»